БЛОНДИНКА В БИРЮЗОВОМ

Наталья Захарова и отечественные пропагандисты нашли друг друга. Очередной суд даст новый импульс псевдопатриотической истерике.


"Давайте встретимся у храма после службы. Вы меня сразу узнаете. Я высокая блондинка в бирюзовом". Прежде чем произнести эту фразу, Наталья Захарова долго выпытывала у корреспондента "Московских новостей", что именно он собирается писать о ее деле. Настолько долго, что начала садиться батарейка в мобильном телефоне. А что можно об этом деле писать? Только правду. Так я ей и ответил.


Итак, первая порция правды. Русской актрисы Натальи Захаровой в этом деле нет. Есть Nathalie Zakharova, француженка, проживающая в престижном районе Пюто, не имеющая постоянной работы. Маши Захаровой тоже юридически не существует. Дочь Натальи носит фамилию Уари.


Российский закон о гражданстве предусматривает двойное гражданство только с Туркменией и Таджикистаном. Поэтому лицо, имеющее, как, например, Захарова, российский и французский паспорта, именуется не человеком с двойным гражданством, а человеком с двумя гражданствами. В Париже этот человек - француз и живет по французским законам, а в Москве - россиянин, и все его документы с надписями на иностранном языке не имеют для официальных российских инстанций никакой силы.


Можно войти в положение президента Владимира Путина, премьера Михаила Касьянова, председателя Мосгордумы Владимира Платонова, министра иностранных дел Игоря Иванова, депутатов Государственной думы и прочих, больших и малых начальников, которые замучили своих французских коллег требованиями воссоединить Машу с мамой. Начальники, возможно, не обязаны знать законы, которые сами же пишут и утверждают. Но давайте войдем в положение и французских начальников, которые искренне не могут понять, почему коллеги из большой северной страны дают им какие-то непонятные советы. В самом деле, Шираку указывают, какие именно действия он должен предпринять в отношении своих граждан, да еще просят повлиять на суд по правам детей, который по закону не подчиняется НИКОМУ. Аналога такого суда в России нет, это не гражданский, не уголовный, не арбитражный суд. Он занимается только защитой прав детей и именно поэтому абсолютно независим от всех ветвей власти.



Процессы, кассации, заседания, тонкости российского и французского судопроизводства - это не тема сегодняшней публикации. У каждой страны свои законы, плохи они или хороши. В данном случае "МН" представляют живых людей, которые оказались замешанными в эту историю.


НАТАЛЬЯ: "МОЕ ЖЕЛАНИЕ ИЗВЕСТНО МИРУ"



Наталья Захарова называет себя актрисой МХАТа, впрочем, мало кто из людей, профессионально занимавшихся театром, такую актрису помнит. Вот то, что удалось узнать о ней корреспонденту "МН". Родилась в 1955 году в городе Боготол Красноярского края, в 1979 году окончила театральное училище им. Щукина. По ее словам, работала в театре в Горьком, затем в рижском ТЮЗе. С 1 сентября 1990 по 25 июня 1991 года она работала в доронинском МХАТе, уволившись оттуда до истечения срока контракта по собственному желанию. В архивах МХАТа даже опытные кадровики не могли сразу вспомнить Наталью Вячеславовну, пришлось долго перебирать папки, пока не нашли нужную. Затем, по словам Захаровой, у нее было много разной работы.



"Во-первых, мы с Алексеем Митрофановым (тот самый, из ЛДПР. - М.Г.) вели на телевидении молодежную передачу "Музыкальный прогноз". Потом благодаря большой вере в меня Юрского Сергея Юрьевича стала готовить чтецкие программы. Он очень верил в мои чтецкие способности".



Сам артист Юрский вспомнил Наталью, но наотрез отказался от того, что принимал какое-то участие в ее судьбе. "Я уже много раз слышал о том, что я ее учитель, мы прошли большой путь. Но ничего этого не было. Женщину я эту помню, в те времена она была молода, красива. Она мне рассказывала, что читала "Легкое дыхание" Бунина, но я не слышал, как она это делала. Она участвовала в работе чтецкого клуба - это было. Какая она актриса - не видел, не знаю".



Передача "Музыкальный прогноз" существовала на телевидении несколько раньше, в 1989 году, и похоже, что кроме Митрофанова и Захаровой о ней никто уже не помнит.



Зато газете "Подмосковные известия" в 1992 году Захарова дает интервью уже в качестве фотомодели.



Корреспондент "МН" встретился с Натальей Захаровой в Париже.



- Расскажите, как вы познакомились с вашим бывшим мужем.



- Поверьте, у меня нет ни малейшего желания вспоминать встречу с господином Уари, поскольку никаких приятных воспоминаний этот человек... Он написал в Москву, дал объявление, что хочет изучать русский язык и литературу, приглашает к себе русских людей, потому что сам хочет потом поехать в Россию.


- После развода он помогал вам или ребенку?


- Его суд заставил платить алименты.


- С тех пор как Маша оказалась в приемной семье, он никакой помощи ни вам, ни ребенку не оказывает?


- Все для этого и было устроено. Если человек просит держать ребенка в приемной семье, какой может быть мотив?


- Он не хочет взять дочь себе?


- Я не знаю, это надо у него спросить. Но если человек проявляет желание иметь своего ребенка, как я, то мое желание, вы видите, известно уже всему миру.


- Когда вы получили французское гражданство?


- Меня не интересовало французское гражданство, я же не собиралась отказываться от русского, но так как Маша при рождении была записана француженкой и для того, чтобы с ней ездить и не ждать визы, я и взяла французский паспорт. Я могу этот паспорт с удовольствием отдать, но для того, чтобы ездить и путешествовать, он нужен.


- У вас есть постоянная работа?


- Да, у меня постоянная работа... У меня контрактная работа. Последняя работа у меня была на французском телевидении 29 мая. Я играла по-французски, вся группа была в совершенном восторге, все выразили желание и дальше со мной работать.


- Суды требуют привлечения огромных средств, финансовых затрат. Вам кто-то помогает?


- Да. Друзья, посольство помогало. Я вам могу назвать цифру, но боюсь, что вы мне не поверите. Более восьмисот тысяч франков были положены в карман французской юстиции, то есть более ста тысяч долларов за эти четыре года.


- Эти деньги - ваши личные сбережения или финансовая помощь посольства?


- Вы же не финансовый инспектор! Чтобы сделать кассацию, надо заплатить двадцать тысяч франков, делите на семь, порядка трех тысяч долларов.


Вопрос о финансовой помощи не так прост, как кажется. Официально у Натальи доходы невелики. Пособие по безработице - две с половиной тысячи франков (около 350 долларов), этого не хватит даже на очень умеренную жизнь без автомобиля, отпусков на море, нарядов, трат на суды. Если посольство России во Франции действительно оказывает финансовую помощь своим гражданам, то многие россияне, живущие в Париже небогато, заинтересуются подобной благотворительностью. Да и сотрудники посольства, как известно, не шикуют. Впрочем, ходили разговоры и о "внебюджетном финансировании". Так, газета "Известия" писала о том, что несколько концертов Захаровой были оплачены многострадальным Алимжаном Тохтахуновым.


- Известно, что дьякон Александр Кедров дал показания не в вашу пользу.


- Я сама задаю себе вопрос, почему Кедров, который не был знаком с Уари, проявил такую прыткость. Наша русская диаспора, те люди, которые ходят со мной в церковь, его глубоко презирают. Нас забавляет то, что Кедров решил написать мусульманину Уари...


Александр Кедров - протодьякон храма Святого Благоверного князя Александра Невского на улице Дарю в Париже. Потомок эмигрантов первой волны, пользуется авторитетом и уважением среди прихожан. После того как он показал, что девочку отец вернул матери веселой и без синяков, Наталья Захарова начала мстить. Она пишет жалобы архиерею, требует наказать отца Александра. Женщина, назвавшаяся адвокатом Захаровой, потребовала от Кедрова изменить показания. Иначе, угрожала она, вам будет очень плохо. "Захарова - человек неуравновешенный, - сказал Александр Кедров нашему корреспонденту. - Ее обвинения не выдерживают никакой критики. И эта ее национальная нетерпимость... Во-первых, Патрик не мусульманин. Но если он и был бы мусульманином, от этого ничего бы не изменилось. Все, что я написал, - чистая правда. Я должен помогать людям независимо от их национальности и вероисповедания. Вот только за детей страшно".


- Сто тридцать фальшивых свидетельств, которые мсье Уари представил суду, потрясают воображение любого человека. Я прожила с ним четыре года, и у него никогда не было друзей. Этот человек украл тетрадку, подделал её и выдал за мой дневник. Зачем?


- А там было что-то компрометирующее вас?


- Нет. Он там подделал дурацкую фразу: "Я хочу, чтобы он подох". Кто "он", почему? Он был моим мужем, он платил мне семь тысяч пятьсот, почему он должен был подохнуть? Но даже если бы я это написала, и что? Это мой дневник, это мои мысли, я пишу себе и никому морального урона не наношу. Не читай! Даже если бы это было так, я не вижу в этом ничего плохого.


- Человек, не говорящий по-русски, подделал записи в дневнике?


- Я предлагаю тему о бедном мсье Уари закрыть.


Выдержки из дневника Захаровой легко можно найти в Интернете. Цитировать не хочется. В Интернете можно также найти и сайт самой Захаровой. Там письма поддержки по-русски и не только, например, обращение, подписанное "Femmes Francaises" ("Французские женщины"). Впрочем, филологи, которые это обращение прочли, сомневаются, чтобы французские женщины могли такое написать. В лучшем случае, говорят они, это незатейливый перевод с русского.


- Сейчас дали установку: все матери сволочи, негодяйки, детей отбираем у матерей, отдаём отцам. Не важно, что они педофилы, педерасты. Это преступление против детей, которое происходит на глазах у всех, правительство прекрасно об этом знает. Кто у них будет в скором времени французами - арабы и негры? Но они уже и сейчас от них стонут, потому что машины, поджоги, квартиры, воровство. Извините, но не французы этим занимаются.


Кстати, о том, "кто этим занимается". Дело о поджоге квартиры Патрика Уари пока не закрыто. У французской криминальной полиции есть серьезные основания подозревать Захарову в этом преступлении.


ПАТРИК: "ДОЧКА БУДЕТ ЖИТЬ У МЕНЯ"


Патрик Уари, против ожидания, не озлоблен на журналистов из России. Он сразу согласился на встречу и ответил на все вопросы, даже если они были ему не очень приятны.


- Как состоялась ваша встреча с Наташей?


- Я был уже несколько лет разведен. Мой друг посоветовал сходить в брачное агентство, он видел их журнал, там было много красивых женщин, в том числе русских. Я пришел в это агентство, мне показали и фотографии, и видеокассеты. В основном там были молоденькие девушки 20 - 22 лет, но была и дама средних лет. Мне было в то время уже за сорок, и у меня были серьезные намерения, так что я, естественно, остановил свой выбор на этой даме - Наталье Захаровой.


- Был ли ваш брак удачным хотя бы в самом начале?


- В первое время, до свадьбы, все вроде бы было неплохо, хотя я уже тогда понял, что эта женщина с необычным характером. Я мог бы догадаться, что меня ждет нелегкая жизнь, правда, и представить себе не мог, до какой степени все будет непросто.


- В чем заключались ваши семейные проблемы?


- У меня есть дети от первого брака. Наташа не только не хотела видеть моих друзей, она потребовала, чтобы я и этих детей удалил из моей жизни. Мне было очень неудобно, но я попросил детей пока не приходить, дать нам немного времени адаптироваться. Меня это очень мучило. Честно скажу вам, после свадьбы даже двух безоблачных дней не было. Обязательно какой-то конфликт.


- Рождение маленькой Маши не изменило ситуацию?


- Мы находились в предразводном состоянии. Уже несколько месяцев не спали вместе, я стелил себе в салоне. Наташа уходила рано утром, приходила поздно вечером, у нее была своя жизнь, о которой я ничего не знаю. В редкие вечера жена была несколько более приветлива и даже приглашала меня в нашу спальню. Видимо, Маша и была зачата в одну из таких ночей. Я не хотел этого ребенка, но, поразмыслив, решил, что ребенок может изменить нашу жизнь, изменить Наташу, ведь это же ее первый ребенок. Я в это время начал уже готовить документы для бракоразводного процесса, но тут позвонил своему адвокату и попросил его затормозить это. Однако девочка ничего не изменила, поскольку Наташа хотела иметь ребенка только для себя. Теперь, когда прошло время, я понимаю, что Маша была для нее инструментом. Когда она появилась на свет, я должен был выполнять все, что Наташа хочет.


- И много хотела?


- Очень много. Она хотела, чтобы я выполнял ее желания, хотела много денег. Хотела, например, получить водительские права. На первый взгляд, ничего особенного, но она сменила десять школ! В первой автошколе после двух или трех уроков директор позвонил мне и сказал, что учить Наташу невозможно. Она не переносит, когда ей дают советы, устраивает скандалы, инструктор говорит с ней не так, как она хочет. Эта история повторялась в каждой школе.


- Почему вы вначале не виделись с дочерью?


- Мы расстались в феврале 1997 года. Это был еще не формальный развод. Я звонил в феврале, марте, апреле. Наташа говорит, что девочка нездорова, и я не могу ее видеть. В конце июня у меня кончается терпение. В конце концов я по закону имею право провести отпуск со своим ребенком! Я звоню в очередной раз и угрожаю, что напишу на нее жалобу в полицию за то, что она не дает мне увидеться с Машей. Наташа согласилась предоставить свидание с ребенком. Договорились встретиться на площади Терн в кафе. Наташа приходит одна. В чем дело, спрашиваю, я не видел свою дочь пять месяцев, почему ты ее не привела? "Успокойся, - говорит она мне, - сейчас мы все решим". И предъявляет мне условия. Она согласна, чтобы я встречался с Машей, но скоро отпуск и ей нужны машина, деньги, и для того чтобы встретиться с девочкой, я должен ей прямо сейчас выписать чек на сто тысяч франков.


- Вы в это время платили алименты на ребенка?


- Конечно. Семь с половиной тысяч франков (больше тысячи долларов). Кроме этого, я оплачивал (и до сих пор оплачиваю) квартиру, в которой Наташа живет.


- Что было дальше?


- Я принял решение не общаться с ней и защищать свои права на общение с дочерью в суде. Восемнадцать месяцев я не видел ребенка. Наконец суд разрешил мне прийти к бывшей жене с полицией, чтобы получить свидание.


- Сейчас вы хотели бы забрать Машу к себе?


- Да, конечно! Я долго за это борюсь. Но французский суд считает, что ситуация очень сложная и в какой-то степени даже опасная для нас. Год назад кто-то перерезал тормозные шланги на моем мотоцикле, меня спасло только чудо. Потом случился пожар у меня в квартире. Много совпадений. Кроме того, ребенок пока маленький, считают судьи. Но я надеюсь, что через год дочка будет жить у меня.


- Что за история с синяками?


- Я, вырастив четверых детей, вообще не представляю, как мужчина или женщина могут бить ребенка. Я не бил Машу. Это я сказал суду, говорю и вам.


Девочка находилась у меня три недели. Когда настало время возвращать ее матери, друзья предупредили меня, чтобы я не шел к Наташе один, без свидетелей. Я был наивен, не понимал, зачем это нужно, но друзья были настолько любезны, что действительно проводили меня с дочерью. Их было четверо, в том числе психолог и два врача. Дверь отворилась, Наташа схватила девочку на руки и тут же захлопнула дверь. Это было в начале августа, но только в сентябре ее адвокат предъявил суду фотографии ребенка с синяками. Почему же она не обратилась сразу же в больницу, в полицию?


А потом я встречаю отца Александра, который, оказывается, в тот день был у Наташи и видел, что девочка была цела и невредима. Я познакомился с ним и его женой, когда вместе с Наташей ходил в церковь на улице Дарю. Мне хотелось получше узнать родную культуру моей жены, и мы там были несколько раз. Отец Александр написал официальное письмо, где рассказал, что дочь была весела, сказала ему, что очень довольна отдыхом с папой. Теперь ему страшно. Он боится мести этой женщины.


- Неужели она настолько всемогуща?


- Я могу только сказать вам, что у двух свидетелей с моей стороны были серьезно повреждены машины. У моего адвоката также. Я уж не говорю о том, как мне повезло в прошлом году, что я остался невредим во время пожара. Батюшку можно понять. В конце концов у него пятеро детей.


- Вы действительно похитили Наташин дневник?


- Когда мы еще жили вместе с Наташей, но бракоразводный процесс был уже запущен, мой адвокат посоветовал найти какие-то документы, которые могли бы свидетельствовать о неизвестной мне стороне жизни этой женщины. Какие-то записки, например. Это абсолютно не соответствует моему темпераменту, но я начал следить за ней и увидел, как она что-то записывает в тетрадь. И вот я ночью с карманным фонариком вошел в ее комнату, вытащил из-под матраса этот дневник, поехал к себе в кабинет, сделал фотокопию, а потом вернул дневник на место. Я был очень огорчен своим поступком - мне несвойственно такое поведение, так что спрятал эти листы и постарался о них забыть. Но когда началась история с синяками, я отдал эти копии адвокату.


- Действительно ли из этих записей следовало, что в то время, пока вы жили в браке, ваша супруга искала себе мужа в брачном агентстве?


- Да, к сожалению, это правда.


- Ваша бывшая жена утверждает, что это фальшивка.


- Судебная экспертиза подтвердила подлинность дневника. А что до Наташи, то она сделала очень смешную вещь. Она переписала дневник, исправив компрометирующие ее места, и теперь уверяет, что я подделал записи. Послушайте, это дневник сорокалетней женщины, которая только что родила первого ребенка. И о чем она пишет! Там о Маше от силы две строчки. Все остальное о деньгах, тряпках, мужчинах, с которыми она встречалась, мысли о том, как найти богатого человека, чтобы он ее содержал.


- Как сейчас себя чувствует Маша?


- С ней все хорошо. Я ее беру на выходные раз в две недели. Я это делал бы чаще, но таково решение судьи. На днях поеду с дочерью отдыхать.


- Почему ваша бывшая жена не имеет равных с вами прав?


- Так решил суд. Есть заключение психолога о том, что девочка чувствует себя хуже после встречи с матерью. Кроме того, Наташа странно себя ведет. Она ощупывает, осматривает ее, заглядывает в рот, смотрит зубы. Говорит ей: "Какая ты грязная, у тебя вши в волосах". Представляете, такое маленькой девочке сказать! А затем пишет жалобы на десяти страницах, что за ребенком не следят, Маша больная. Но это неправда. Маша в прекрасном состоянии, развивается прекрасно. Девочка, о которой еще недавно говорили, что она всегда одна, всегда грустная, теперь показывает блестящие результаты в школе. У нее много маленьких друзей и подруг.


ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОКТОРА ХАЙДЕРА


Налицо парадоксальная ситуация. Безработная эмигрантка получает государственную поддержку и защиту на самом высоком уровне. Меж тем в Париже живет множество выходцев из России, не менее, чем Захарова, достойных внимания государства. Только вот внимания этого почему-то не получающих. Исключением из правил стал именно "случай Захаровой".


Когда очередной телекомментатор начинает со слезой в голосе говорить о "несчастной матери", почему-то вспоминается доктор Хайдер, необъятных размеров человек, в конце восьмидесятых годов голодавший "за мир" в палатке у Белого дома в Вашингтоне. Там было много таких же чудаков, но забытый ныне очень специальный журналист нашел именно Хайдера, и с этого дня каждое утро Советскому Союзу сообщали о самочувствии доктора. Это была не простая голодовка, а спецоперация, хотя толстяк Хайдер, вполне возможно, об этом и не знал. Теперь известно, как именно создавались подобные истории. Впрочем, человек, нашедший в Париже экс-актрису МХАТ им. Горького, известен - бывший руководитель корпункта ИТАР-ТАСС в Париже, а ныне руководитель управления пресс-службой Президента России Михаил Калмыков. Война в Чечне, проблемы с правами человека. Франция, где этим вопросам исторически придается большое значение. Что отвечать на неприятные вопросы? А тут - универсальный ответ. Фраза времен "холодной войны": "А у вас негров вешают!" - может быть легко заменена на: "Верните девочку Машу!".


Михаил Вадимович поделился своим мнением с "МН".

"Соотечественница всегда остается соотечественницей. Тем более что мы должны защищать права людей, которые считают себя связанными с русской культурой. Конечно, у нее есть некоторые особенности характера, но ведь за это детей не отбирают! Она безработная, но ведь есть пособие в две с половиной тысячи франков. Поступали и какие-то спонсорские средства, особенно после передачи Леонтьева. Помогало кое-чем и посольство. Оплатой телефонных разговоров, например. Порядка полутора-двух тысяч франков счета оплачивались. Меня не интересует, нужно ли дело Захаровой власти. Меня интересует, что чувствует девочка, которая при живых родителях не знает своих корней".


Именно покровительство Калмыкова и его не менее высокопоставленных коллег открыло Захаровой двери, закрытые для простых смертных. Теперь по поводу и без повода она в связи со своим делом упоминает имена Путина, Волошина, Касьянова, ведущих министров, популярных депутатов. В спектакле, разыгранном актрисой в бирюзовом, всем нашлись роли.


Новостная лента
ЛИЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Статьи
Фотографии
Обратная связь